Нина Зырянова

Герой дня!

Помощь
Нина Зырянова
Возраст: 40
Приморский край
11 мая / 2019

Активистка из Владивостока Нина Зырянова добивается освобождения мормлеков из «китовой тюрьмы»

Очень люблю животных. Около семи лет назад поняла: не хочу участвовать в их убийстве и эксплуатации. За один день перейдя на веганство, из своей жизни исключила одежду, косметику, пищу, изготовление которых хоть каким-то образом наносит вред живому организму. С тех пор и людей призываю отказаться от варварской эксплуатации животных. Думала, что по этой теме знаю уже все, пока в материале «Черно-белое золото» на владивостокском новостном портале в октябре прошлого года не прочитала о «китовой тюрьме» в бухте Средней, которая располагается недалеко от Находки.

О «китовой тюрьме» 

То, что описывалось в статье, просто потрясло. В «китовой тюрьме» содержалось 11 косаток и 90 белух. Условия, в которых они находились, далеки от идеальных. Рожденных на свободе животных разместили в жутком сооружении. Несчастные белушата заточены в тесные открытые отстойники, которые зимой были почти полностью покрыты льдом. Косатеныши закрыты в ангарах из пластика, куда почти не проникает солнечный свет. Там просто ломают психику этим малышам, заставляют питаться неестественной для них пищей – мертвой размороженной рыбой, хотя, судя по цвету кожи тех же белушат, они должны еще питаться материнским молочком. 

С момента появления информации о «китовой тюрьме» животных стало меньше, и сейчас там 10 косаток и 87 белух. Владельцы «китовой тюрьмы» заявляют, что якобы сначала три самые слабенькие белухи сбежали, а потом еще один косатеныш тоже сумел выбраться на волю. Но в это трудно поверить, так как отстойники – пространство, ограниченное двумя слоями крепкой сетки, и по всему периметру «китовой тюрьмы» еще один ряд такой же сетки. 

Пока дальнейшая судьба белушат и косатенышей из «китовой тюрьмы» не определена. В начале апреля в Средней работали Жан-Мишель Кусто и целая команда профессионалов. Французский океанолог уже некоторое время следил за ситуацией и предложил свою помощь, так как у него огромный опыт реадаптации и выпуска на свободу морских млекопитающих. Специалисты с мировым именем неделю исследовали состояние узников зоотюрьмы. Ученые сообщили, что детей можно отпускать в естественную среду обитания. Но нужен адекватный план выпуска для каждой особи. Надеюсь, скоро косатеныши и белушата окажутся на свободе.


О нападении 

В ноябре прошлого года, как только узнала о «китовой тюрьме», поехала в бухту Среднюю. Хотела на месте посмотреть, что там происходит, и рассказать об этом месте своим друзьям и знакомым. 

По дороге отметила: в маленький захудалый поселок ведет шикарная асфальтированная трасса, какую во Владивостоке не везде найдешь. Она обрывалась у ворот китовой тюрьмы. Именно по ней идет транспорт, перевозящий животных в страшных ржавых «гробах». 

Сама бухта разделена на две части. С одной стороны – эти жуткие отстойники, с другой – пляж, к слову, основательно заваленный отходами жизнедеятельности человека. Пройдя шагов пятьдесят от своей машины в сторону «китовой тюрьмы», начала снимать окрестности сначала на телефон, а потом на фотоаппарат. Съемку пришлось прервать в самом начале, так как из «китовой тюрьмы» выскочил агрессивно настроенный мужик, скорее всего, это был один из охранников. Стал требовать отдать фотоаппарат, якобы я снимала частную территорию. Мне стало страшно, и я обманула его, сказав, что веду прямую трансляцию, хотя Интернета на тот момент не было. 

Попыталась уйти к машине, но мужик остановил, больно дернув за плечо. Я стала кричать, и это дало возможность заскочить в машину на переднее пассажирское сиденье и заблокировать дверь. Нападавший же открыл дверь со стороны водителя и стал угрожать и оскорблять. 

Через некоторое время подъехал автомобиль и «подпер» мою машину. Из него вышел еще один человек. Примерно в это же время зазвонил мой телефон. Я ответила, и незнакомый мужчина, представившийся Романом, назвал мою фамилию, имя, отчество и даже адрес, где я зарегистрирована, и обвинил, что я проникла на их базу. Он попросил показать снимки на фотоаппарате. Пока я с ним разговаривала, появился уже третий охранник. Один из них прижал меня к сиденью, а второй взял фотоаппарат и вытащил флешку. Забрав ее, они ушли. Я обратилась в полицию с заявлением о нападении. 

Эта история, которую озвучили приморские журналисты и журналисты федеральных каналов, стала еще одним толчком для создания вокруг «китовой тюрьмы» общественного резонанса. Там начались проверки надзорных органов. Появилась информация о заведенных уголовных делах. Южно-Сахалинский городской суд признал незаконным отлов этих животных. А еще ранее появился запрет на вылов в этом году. Процесс продажи нечастных детенышей был остановлен. Но, к сожалению, стало известно, что уже в следующем году Росрыболовство планирует разрешить отлов морских млекопитающих. Если предложение пройдет общественные слушания, то еще десять косаток и почти триста белух окажутся в очередной «китовой тюрьме». 


Об отлове 

Животных отлавливают в Охотском море и Татарском проливе, между Сахалином и материком. В Приморье перевозят морем. 

Сам процесс совершенно варварский. Двумя катерами загоняют стадо косаток или белух и между суднами растягивают или, как еще называют, обметывают сеть. Попавшие в нее животные испытывают ужасный стресс, начинают вырываться. Матерей, которые пытаются защитить свое потомство, отгоняют, часть из них гибнет. 

Белухи и косатки – животные социальные. К примеру, самки косаток с детенышами составляют семью, а семьи объединяются в группировки. Мормлеки заботятся о старых особях и тех, кто не может добывать пищу, и очень страдают, когда крадут их детей. А именно ребятишек отлавливают. Хотя, к примеру, белух до трех лет российское законодательство запрещает отлавливать. Но малышей удобней и проще перевозить, дрессировать, подавляя их волю и инстинкты, поэтому браконьеры берут только их. 

Коммерческий вылов белух и косаток тоже незаконен, а в «учебных и культурно-просветительских целях», к сожалению, вырывать мормлеков из привычной среды можно. Наша страна – единственная в мире, где есть лазейка, позволяющая продавать несчастных детенышей в зарубежные зоотюрьмы, которыми, по сути, являются океанариумы. Спрос на наших мормлеков высокий. По скромным подсчетам специалистов, цена узников бухты Средней – десятки миллионов долларов. 



О пикетах и соцсетях 

Моя жизнь разделилась на две части: до «китовой тюрьмы» и после. До нее в «Инстаграме» публиковала отчеты о своих путешествиях, что-то писала о животных, немного об акциях, проводимых в их защиту. Теперь каждый мой пост в «Инсте», в «Фейсбуке» начинается со слов «Китовая тюрьма» – позор России». И это действительно так: весь мир наблюдает за ужасающей ситуацией, но пока, на мой взгляд, действий по ее исправлению предпринимается очень мало. 

В своих постах пишу обо всем, о чем становится известно, вместе с зоозащитниками из организации «Эковахта Сахалина», клубов «Бумеранг» и «Друзья океана» призываю людей голосовать на сайте Российской общественной инициативы за запрет на добычу и вылов китообразных. Обращаюсь за поддержкой к известным людям. В соцсетях написала много комментариев и личных сообщений Илье Лагутенко, лидеру группы «Мумий Тролль». Спасибо ему огромное, что не оставил без внимания нашу проблему. Благодарю Леонардо ди Каприо, Памелу Андерсон и других мировых и российских звезд, которые выразили свое негативное отношение к «китовой тюрьме». 

В ноябре и марте во Владивостоке организовала две уличных акции, на которых призывала освободить касатенышей и белушат. Перед каждой призывала присоединиться не только жителей нашего города, но и людей из других населенных пунктов. Учила, как можно законно получить разрешение на проведение. Тем, кто не мог или боялся проводить массовое мероприятие «в реале», предлагала поддержать его в соцсетях: сфотографировать себя с плакатом или даже просто плакат и поставить соответствующий хештег. 

Мои акции в Москве поддержали супруги Михаил и Вероника. Они сумели собрать около ста человек, некоторые из которых были одеты в костюмы косаток. А вот во Владивостоке ко мне присоединилось всего человек пятнадцать. Всех их благодарю за смелость и неравнодушие. 


О других инициативах 


С 2012 года во Владивостоке провожу зоозащитные акции «Животные не одежда», «Животные не еда». Никогда в них не привносила негатив. Если использую плакаты, то на них размещаю красивое фото зверька и, к примеру, надпись «Спасибо за то, что сохранили мне жизнь!». 

Агитируя за цирк без животных, пытаюсь донести до людей, что они приводят в зоотюрьмы своих детей и тем самым формируют потребительское отношение к природе, а от этого произрастает зоосадизм. 

В прошлом году мой призыв не использовать воздушные шары на мероприятии даже поддержал Виталий Васильевич Веркеенко, в то время бывший мэром Владивостока. Я через соцсеть попросила его запретить запускать шары на массовом праздновании. Шары – это летающий мусор, который приносит вред природе. Они падают в океан, в море. Принимая крашеную резину за еду, рыбы, морские млекопитающие проглатывают ее и погибают. 

Виталий Васильевич запретил на День Тигра организаторам запускать шарики, а вместо них порекомендовал использовать летающих змей. В этом году обратилась уже к новому градоначальнику. Надеюсь, он тоже поддержит инициативу, и на городских шествиях колонны не будут украшены летающим мусором.

Комментарии
Comments system Cackle
Похожие истории
Помощь
Любовь Яковлева, социальный предприниматель и многодетная приемная мать из Волжского, запустила проект «Клубничный бизнес», который обучает выпускников детских домов и дает им работу
Помощь
Сергей Абрамов из Рязани постоянно участвует в благотворительной акции «Река жизни» в помощь больным гемофилией
Помощь
Сергей Фокин, кинолог из Московской области, организовал зооприют для собак-ветеранов
Помощь
Ольга Пискунова, социальный предприниматель из Брянска, обучает людей c инвалидностью мыловарению и дает им работу