Госслужащий из Великого Новгорода Игорь Неофитов занимается поиском и захоронением останков бойцов, погибших в годы Великой Отечественной войны

9 мая 2018

«По образованию я историк, по роду деятельности – госслужащий, а по призванию – поисковик. Интерес к поисковой деятельности зародился во мне еще в детские годы, когда мы с мальчишками в лесах в районе поселка Подберезья находили следы кровопролитных боев – гильзы от патронов, каски и предметы военного быта, ведь именно в новгородских лесах полегло громадное число советских солдат. Поначалу мы неосознанно собирали все это, и только после пришло понимание, что за каждой вещью, за каждым патроном стоит человеческая история. Тогда мы стали приносить свои находки в школьный музей боевой славы, там они хранятся до сих пор. Шли годы, я отслужил в армии, поступил учиться на исторический факультет, а спустя годы, в 1996-м, возглавил поисковый отряд «Память» (г. Сольцы) экспедиции «Долина». 

О «Долине» и «Памяти» 

Как только экспедицию «Долина» официально зарегистрировали, едва ли не в каждом районе области стали появляться поисковые отряды. Со временем они получали официальный статус, обзаводились командирами и разрабатывали собственные поисковые маршруты. «Память» была зарегистрирована 15 марта 1989 года. В 90-е годы отряд пережил непростые времена, тогда мне пришлось взять ответственность на себя. Сложности были, не без этого, но было и желание сделать лучше, возродить отряд. Сегодня «Память» – в числе лучших в регионе. За время работы поисковиками отряда стали порядка 200 человек. 

Если говорить о «Долине», то в настоящее время экспедиция представляет собой 59 отрядов – это около 900 поисковиков, они непосредственно входят в состав «Долины». Также к нам приезжают еще порядка 1,5 тысячи со всех регионов. 
 

О цели 

Наша главная цель – вырвать из небытия как можно больше солдат. У нас не поиск ради поиска, у нас иная задача – вернуть как можно больше без вести пропавших с войны, передать их останки родственникам, которые до сих пор ждут. Не поверите, но у некоторых все еще живы жены, которые ждут своих мужей с войны. И для нас самое важное – найти каждого, кто погиб и все еще ждет, когда его найдут. 

О сложностях 

За 30 лет поисковой деятельности найдено порядка 117 тысяч солдат и офицеров, а установлено порядка 20 тысяч имен. Но всегда следует помнить, что мало найти, необходимо захоронить останки бойцов. У нас возникают целые поисковые захоронения, мы их называем «поисковые холмы». В них лежат сотни тысяч человек, но нет ни одной плиты, поскольку у органов местного самоуправления просто нет средств. Приведу пример – мы нашли останки деда одного из офицеров, который искал своего родственника девять лет. В частном порядке он намерен сделать настоящее воинское захоронение, однако стоимость у него очень серьезная – порядка 20 миллионов рублей. Стоит ли говорить, что у села с мизерным бюджетом никогда не будет такой суммы? 

Еще немного цифр для большей наглядности: на территории Российской Федерации 22 боевых региона, где велись наиболее кровопролитные бои во времена Великой Отечественной войны. Например, в Новгородской области на двух фронтах погибло более двух миллионов человек. То есть погибло больше народа, чем живет сейчас! И погибшие – это люди со всей страны, нужно всеми силами увековечить память о них. Я убежден, что недопустимо из одной ямы перекладывать останки бойцов в другую, сооружая безымянный холм. Они заслужили памятник на своей могиле. 

Наша проблема была услышана главой региона, а он, в свою очередь, донес ее до президента. 

О воспитании молодежи 

К нам приходят совершенно разные подростки. Я вижу, как они меняются. Иногда меня спрашивают: «Что вы с ними делаете? Почему они становятся совсем другими?» Наша задача не просто оторвать детей от гаджетов и социальных сетей, отвлечь от навязываемых ценностей в шкале потребления, мы учим их думать и видеть. Став участником поисковой операции, дети взрослеют, иначе воспринимают многие вещи. Однажды в Вахте Памяти участвовали два подростка, состоявших на учете в детской комнате милиции. В результате они не только подтянулись в учебе, но и один по окончании школы стал милиционером, а другой – просто хорошим человеком. 

О памятной истории 

На полевые работы мы берем ребят с 14 лет. Но чтобы стать членом отряда необходимо пройти испытательный срок – отстоять три Вахты Памяти, чтобы человек проявил себя в разных условиях, да и сам он должен понять, зачем он пришел в поисковую деятельность. Однажды с нами впервые поехал 14-летний подросток, который прекрасно знал историю, а с практической стороной вопроса не сталкивался. И вот у одного из населенных пунктов мы стали поднимать останки солдат из болота, где полегло очень много бойцов. Парню повезло – вместе с останками фронтовика он нашел смертный медальон. От такой находки он даже немного растерялся. 

Радость и удивление стали еще больше, когда он обнаружил в смертном медальоне записку о его владельце. Это поистине большая удача, ведь среди солдат было поверье, что записку оставлять нельзя – смертный приговор для себя самого писать. Были и те, кто делал из этих медальонов мундштуки, игольницы и другие предметы быта. 

Записка оказалась нестандартной – не на военкоматовском бланке, а составленная не по форме. Когда парень прочитал ее, он едва не начал заикаться. А написано там было следующее: «Если ты меня нашел, то передай моим родным, что я погиб за Родину». Ниже – адрес родных. Эта история мне очень памятна, потому что надо было видеть и лицо, и глаза этого подростка, у которого все перевернулось внутри от прочитанного. Парень, естественно, остался в поисковом движении, а по окончании школы поступил в военное училище и стал офицером. 

О выборе 

В прошлом году новый губернатор области приехал к нам на поиск посмотреть и понять, что мы делаем, и насколько это важно. Он был удивлен тому количеству людей, которые в свое личное свободное время занимаются этой деятельностью. Ведь участие в вахте памяти – это длительное мероприятие, которое не ограничивается одним днем, как минимум необходим отпуск. Отсев происходит уже на этом этапе – остаются те, кто готов провести свой отпуск не на море, а в походных условиях Вахты Памяти, это уже говорит о многом. Еще один вопрос волновал губернатора – кто оплачивает работу всем этим людям, которые день за днем поднимают останки погибших, живя в походных условиях, отличающихся от курортных? Он был искренне удивлен, узнав, что все строится на сплошном доверии и энтузиазме. Но самое главное – плохие люди в нашей деятельности не задерживаются. 

О поисковиках 

Мое основное место работы – аппарат Правительства Новгородской области, однако я не скрываю, что мне комфортнее здесь, в лесу. Среди поисковиков нет плохих людей, все настоящие, которым не все равно. Среди нас – те люди, которые не хотят собирать грибы, шагая по черепам своих дедов, и поэтому они здесь. Я убежден, что такими качествами обладают только люди порядочные. В обществе таких людей я чувствую себя гармонично. 

О личной истории 

Несколько лет назад, уезжая с Вахты Памяти, мне было что-то вроде видения, будто я не забрал одного солдата. Причем место я увидел очень четко и ясно – у ручья, где проходили наши работы. Увиденное меня не отпускало, меня тянуло словно магнитом, ноги сами несли в то место. Во время очередной вахты я вернулся туда, как оказалось не зря – он действительно был там. Мой солдат ждал меня. У каждого опытного поисковика была такая история. Я не знаю, что это – пересечение с параллельным миром или что-то иное, но меня потряс этот случай. Теперь я понимаю тех, кто рассказывает о тех силах, которые помогают поисковикам искать солдат.»